На главную



Rambler's Top100

Кассандра.


Роман, приключение "Сердце и думка". Страница: 53.


XII

В следующий вторник в собрании почти та же история и с таким же предисловием; можно было только прибавить мороз в 30 градусов, который, однако ж, был не страшен: члены, платящие 25 и 10 рублей в год, приняли меры против холода — они нарядились в зимние одежды: в прозрачный и блестящий шелк; заботливо окутали шею шарфами из газ-марабу или газ-риса; атлас и газ-иллюзьон густо опушен блондами; бриллианты, имеющие свойство согревать кровь, горят на членшах и посетительницах, осыпают их искрами... Им тепло. Но члены, которые платят 50 рублей в год, как будто пренебрегая летом жар, а зимой холод, носят неизменно сукно, подбитое шелком, покроя фракийского, с искусственным хвостом сзади, с жалостью смотреть спереди. В честь лета, однако же, жилет пикэ, зимой — шелковый и право держать в руках шляпу на вате. Впрочем, это только мечта: просвещение живет постоянно в 17 градусах тепла; и если б не сени у подъезда,— куда ветер и мороз, пробравшись погреться, обдают холодом насладившихся десятью-двадцатью приглашениями на французскую кадриль, за неимением лучшей,— наш климат

можно было бы почесть эдемским, потому что pour varier необходима и зима.

Многие говорят, что наша одежда несоответственна климату, что балы скучны, а маскарады глупы; но это говорят только мужчины с охладевшими и испорченными от употребления сердцами; от женщин подобного дизлогизма никогда не услышишь; они только часто жалуются на климат, и эта жалоба очень справедлива, особенно во время страданий от простуды. И в самом деле, что может быть хуже климата, где после нескольких кадрилей и галлопады на своих на двоих нельзя выпить даже стакана холодной воды для прохлаждения; где, раскалившись в пылу мазурки, нельзя ждать в сенях кареты с открытой головой и распахнутым манто? Что это за варварский северный климат, где даже любовь надо кутать притворством и разогревать лестью; где надо делать на заказ по крайней мере стихии, необходимые для жизни: теплый воздух и теплые воды; где может водиться только оранжерейная поэзия, и где язык так холоден и тяжел, что всякое нежное существо не в силах употреблять его и должно довольствоваться только истертыми от употребления фразами языка иноземного?.  (Материал представлен сайтом: www.nastyha.ru - <a href="http://nastyha.ru">Культура и искусство</a>).

Но как бы то ни было, а вторник настал, пора ехать в собрание.

В собрании почти никого еще нет; только пилигрим в коричневом хитоне забрался спозаранку в озаренную залу, ходит, поглядывает на двери, выжидает Кассандру. А Кассандра еще с утра в ужасном раздумье: она почти раскаялась уже в неосторожности своей, не решается ехать в собрание; но Мери, как будто назло, явилась к ней.

— Я приехала пригласить тебя сегодня ввечеру к себе,— говорит она ей значительно,— истинный друг никогда не бывает лишним.
— Я еду в собрание,— отвечала Лида,— извини меня. У вас, верно, будут Лиманский, Бржмитржицкий...
— Бржмитржицкий? избави боже! я никогда не выхожу, когда он приезжает; он мне надоел: я видеть его не могу с тех пор, как он стал явно показывать свою претензию на меня!
— А я думала, что он успел заслужить сколько-нибудь внимания за свои угождения.
— Помилуй! можно ли больше ненавидеть человека, как я его ненавижу? Он опротивел мне ужасно еще во время затеянных живых картин; я не рада была, что пригласила его участвовать.
— Отвратительное притворство! — подумала Лида.
— Ты не можешь себе представить, Лида, как несносно волокитство мужчин, когда уже любишь одного; особенно нестерпимо волокитство настойчивое, которое напитано надеждами на взаимность: это так досадно, что я тебе выразить не могу! Что делать с подобным глупцом, как, например, этот Бржмитржицкий: он даже мое невнимание к его словам и грубые ответы считает признаками любви и всеми средствами старается высказать свою любовь, воображая, что я не понимаю его или испытываю... каково тебе кажется это?
— Низко, гадко! ничего не может быть хуже двуличности! — произнесла Лида с негодованием вместо ответа.
— Потому-то я и ненавижу этого человека,— продолжала Мери, не подозревая настоящего смысла восклицаний Лиды,— и что еще хуже: он может вредить мне во мнении Лиманского.
— Это невыносимо! —вскрикнула опять Лида.
— Ей-богу, невыносимо! — повторила Мери, прощаясь с Лидой. 

Читайте так же:



Меню романа: "Сердце и думка" (стр.1) — Князь Юрий (стр.2) — Зоя (стр.3) — Ведьма (стр.4) — Воля птица (стр.5) — Для приличия (стр.6) — Нечистый дух (стр.7) — Городничий (стр.8) — Жениться (стр.9) — Майор и Лекарь (стр.10) — Романтический способ (стр.11) — Ты моя (стр.12) — Бур-де-суа (стр.13) — Гости (стр.14) — Редемгот (стр.15) — Говор хаотический (стр.16) — Ангажировать (стр.17) — Кошка и мышка (стр.18) — Ейн-цвей-дрей (стр.19) — Засаленный пакет (стр.20) — Выговор (стр.21) — Онеиропат (стр.22) — Магнетизер (стр.23) — Любовь любовью (стр.24) — Чумички (стр.25) — Званый вечер (стр.26) — Гости-женихи (стр.27) — Поцелуйщики (стр.28)  — Тысяч сто приданого (стр.29)  — Бричка (стр.30)  — Ашенька (стр.31)  — Доброе начало (стр.32)  — Жид (стр.33)  — Адъютант (стр.34)  — Французский (стр.35)  — Языческий храм (стр.36)  — Кадриль (стр.37)  —  О дуэли (стр.38)  — Маскарад (стр.39)  — Белая роза (стр.40)  — Странный вопрос (стр.41)  — Праздник (стр.42)  —  Несносный круг (стр.43)  — Бржмитржицкий (стр.44)  — Живые картины (стр.45)  —  День для репетиции (стр.46)  — Заболела (стр.47)  — Ненависть к мужчинам (стр.48)  —  Клятва (стр.49)  — Сердце изболело (стр.50)  —  В деревне (стр.51)  — Триста масок (стр.52) —  Кассандра (стр.53) — Нильская с дочерью (стр.54) — Тысёнц-тысёнцы (стр.55) — Узница (стр.56) — Каприз (стр.57) — Обвенчаться (стр.58) — Фанни (стр.59) — 1-е мая (стр.60) —  Аглаз (стр.61) — Хлопанье и крик (стр.62) — Продолжение

Комментарии пользователей



Добавить комментарий | Последний комментарий


07.11.2009, 12:22. Вельтман А.Ф..