На главную



Rambler's Top100

Люди существуют, чтоб делать счастливыми друг друга.


Прелестные картинки. Страница № 6.


В сущности, между ним и Лоране ничто не изменилось. Люсьен — это совсем другое. Впрочем, он уже не волнует ее, как прежде.

— Пришла идея?
— Придет.

Внимательный взгляд мужа, красивая улыбка молодой женщины. Ей часто говорят, что у нее красивая улыбка: она ее чувствует на своих губах. Идея придет. Вначале всегда трудно, нужно избежать множества использованных штампов, множества ловушек. Но она свое дело знает. Я продаю не деревянные панели: я продаю надежность, успех и капельку поэзии в придачу. Когда по совету Доминики она занялась рекламой, то преуспела так быстро, что впору было поверить в призвание. Надежность. Дерево воспламеняется не чаще камня или кирпича: намекнуть на это, не вызвав и мысли о пожаре. Вот где нужна сноровка. Внезапно она встает. Плачет ли Катрин и сегодня вечером?

Луиза спит. Катрин глядит в потолок. Лоране склоняется к ней:

— Ты не спишь, мой милый? О чем ты думаешь?
— Ни о чем.

Лоране целует ее. В чем дело? Это не похоже на Катрин, какие-то тайны. Она откровенна и даже болтлива.

— Думают всегда о чем-нибудь. Попробуй рассказать мне.

Катрин мгновение колеблется; улыбка матери помогает ей.

— Мама, зачем мы существуем?

Вопрос из тех, которые дети обрушивают вам на голову в то время, как вы думаете только о продаже деревянных панелей. Нужно ответить сразу:

— Мое сокровище, папе и мне было бы очень грустно, если бы ты не существовала.
— А если бы вы тоже не существовали?

Какая тоска в глазах у девочки, с которой я обращаюсь все еще как с младенцем. Откуда у нее этот вопрос? Вот, значит, почему она плачет.

— Разве сегодня ты не радовалась, что все мы — ты, я, люди вообще — существуем?
— Да.

Кажется, она не очень убедила Катрин. Лоране осеняет.

— Люди существуют, чтоб делать счастливыми друг друга, — говорит она с жаром. Она горда своим ответом.

Люди существуют, чтобы делать друг друга счастливыми

Лицо Катрин замкнуто, она думает или скорей ищет слова.

— Ну, а те люди, которые несчастливы, зачем они существуют?

Так. Вот мы и добрались до самого главного.

— Ты видела несчастных людей? Где же, мой маленький?

Катрин молчит. Чем-то она напугана. Где же? Гойя — веселая, да она и по-французски почти не говорит. Живем в богатом квартале: ни бродяг, ни нищих; значит, книги? Товарищи?  (Материал представлен сайтом: www.nastyha.ru - <a href="http://nastyha.ru">Культура и искусство</a>)

— Среди твоих подруг есть несчастные?
— О нет!

Тон кажется искренним. Луиза ворочается в кровати. Катрин пора спать; она явно ничего не скажет, понадобится время, чтоб она на это решилась.

— Послушай, мы поговорим обо всем завтра. И если ты знаешь несчастных людей, мы попробуем что-нибудь для них сделать. Можно ухаживать за больными, дать деньги бедным, можно сделать так много...
— Ты думаешь? Для всех?
— Будь уверена, я плакала бы круглые сутки, если бы знала, что есть люди, которым нельзя помочь в несчастье. Я тебе обещаю, что мы найдем, как им помочь. Я тебе обещаю, — повторяет она, гладя Катрин по волосам. — Спи теперь, моя маленькая.

Катрин натягивает одеяло, закрывает глаза. Голос, поцелуи матери ее успокоили. Но завтра? Как правило, Лоране избегает неосторожных обещаний. А уж такого опрометчивого она никогда не давала. Жан-Шарль поднимает голову.

— Катрин рассказала мне сон, — говорит Лоране. Правду она ему откроет завтра. Не сейчас. Почему? Он внимателен к дочерям. Лоране садится, делает вид, что поглощена своими поисками. Не сейчас. Он предложит немедленно десяток объяснений. Она хочет разобраться сама до того, как он даст ответ. Что же неладно? Я в ее возрасте тоже плакала. Как я плакала! Возможно, поэтому я теперь никогда не плачу. Мадемуазель Уше говорила: «От нас будет зависеть, чтобы эти люди умерли не напрасно». Я ей верила. Она еще многое говорила: быть человеком среди людей! Она умерла от рака. Лагеря уничтожения, Хиросима — в 1945-м хватало причин, чтобы выбить из колеи одиннадцатилетнего ребенка. Столько ужасов, Лоране думала тогда, что все это не может быть пережито напрасно, она пыталась поверить в бога, в потустороннюю жизнь, где каждый будет вознагражден. Доминику нельзя упрекнуть: она разрешила ей побеседовать со священником, она даже выбрала ей умного священника. Да, в 1945-м все это было естественно. Но если сегодня моя десятилетняя дочь рыдает, виновата я. Доминика и Жан-Шарль обвинят меня. С них станет послать меня к психологу. Катрин очень много читает, слишком много, и я не знаю в точности что: у меня нет времени. Во всяком случае, я придавала словам иной смысл, чем она. 

Содержание книги:
1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55


Комментарии пользователей



Добавить комментарий | Последний комментарий

Дата публикации: 25.02.2009, 11:45
Автор: Симона де Бовуар

Читайте так же: