На главную



Rambler's Top100

Нежность большая к птицам, животным.


Рассказ "Ласточка-парус". 2 страница.


Вернуться к содержанию | Рассказ Ласточка-парус - Нежность большая - Решился - Приключения - Чиновник - Листалась жизнью - Добро - не сказка

Часто Никитка под вечер сидел у дупла, ровная гладь его завораживала, морское гористое дно открывало ему свои чудеса. Алели кораллы, как городок на заре, приснившийся ночью под воскресенье. Густые и студенистые водоросли, подобные лесу, бесшумно качались на диких скалах, и, как корабли под водой, проходили огромные рыбы, безмолвные и одинокие. И на таком же вверху корабле стоял наш Никита. Огни все потушены, где-то поблизости враг, надо пройти, проскользнуть незамеченным... Безлюдье, пустыня, морские валы, и одни только чайки острым крылом черпают воду и резво взвиваются ввысь. Правда, не чайки, а ласточки, правда, не море, а пруд, но и то — фантастическое — было такою же правдой...

Нежность большая была в душе у Никитки к птицам, животным. Но особенно он, молодой мореход, любил этих птичек морских — над своей деревенской лужицей. И они будто знали и отличали его. Иной раз скользнет у самого носа, и близко, так, близко сверкнет лукаво-наивный черный глазок... Пойдет ли он в лес по грибы взлобьем холма, вьется дорожка между серой полынью, а уж касатки, одна или две, глядишь, завели с ним игру... Так вьются они над лошадьми и перед самою лошадиною мордой, норовя схватить на лету ленивую конскую муху. Но тут никакой нет для касаток корысти, а просто им весело с этим веснушчатым мальчуганом Никиткой.

Не раз он за них заступался. На барском дворе вековушкой жила в одиночестве старая барышня Матильда Ивановна, из остзейских баронок. Бог, видно, сильно обидел девицу, один у нее, левый, слишком порывистый глаз вертелся волчком, как будто стремясь заглянуть, что же там, собственно, было — вверху под бровями; другой же, напротив, косо летел круто приспущенным камнем куда-то к коленям редкого гостя, и направление это было всегда неизменно одно, ибо тот глаз совсем не вращался в орбите, был недвижим. Жила она замкнуто, каменно, ни взглянет как следует, ни улыбнется. Но была у Матильды Ивановны одна настоящая страсть — к собиранию птичьих яиц. Для нее по деревьям, бывало, и по полям рыщет притулинская детвора, собирая повсюду — как драгоценные камни — разноцветные яйца. И какая была красота — эта стеклянная горка: вся в сером, лиловом, розовом с крапинками, синем, каштановом и голубом! Матильда Ивановна через тончайший укол мастерски (говорили ребята, что выпивала  (Материал представлен сайтом: www.nastyha.ru - <a href="http://nastyha.ru">Культура и искусство</a>)) извлекала белок и желток и, досуха высушив в легком пару, заливала скорлупку капелькой воска. И что это было за торжество, когда попадалось яичко — иначе окрашенное! Левый зрачок, не видевший, но вожделевший увидеть, залетал в поднебесье, правый же был как летящая пуля. Темного воска рука, сухая, держала яйцо на расстояние боком ее голова наклонялась, и чудилось: вот-вот клюнет она скрытую, тайную жизнь. Ребятишки стояли пред ней, и ноги, сердца каменели поблизости этого — из неподвижного камня — боком летящего взора; что, ежели вдруг ненароком заденет и их: горло сожмется и остановится живчик, окостенеют глаза, и — темного воска рука отодвинет стекло и поставит на полку в каменный шкафю… И, зажавши крепко двугривенный, летели домой без оглядки.

Вернуться к содержанию | Рассказ Ласточка-парус - Нежность большая - Решился - Приключения - Чиновник - Листалась жизнью - Добро - не сказка


Комментарии пользователей



Добавить комментарий | Последний комментарий

Читайте так же:


20.08.2009, 12:22. Иван Новиков.