На главную



Rambler's Top100

Рассказ о прохожем.


Страница 1.


Вернуться к содержанию | Рассказ о прохожем - Лиризм - Зачем я иду - Сердце приоткрылось - Нагнал свое прошлое

С Никитою Петровичем Первушиным так случалось нередко. Ждут его в гости к восьми, но хорошо, если в одиннадцать постучит — либо в окно, либо в дверь, звонков он решительно не признавал — привычка с детских лет: вырос во Мценске, где колокольчик на весь город был только в аптеке. К себе кого-нибудь позовет — и к себе опоздает. Часов у него не было, а время внутри не совпадало со временем внешним. «Счастливые часов не наблюдают». Но вряд ли Никиту Петровича кто-нибудь назвал бы особенно счастливым. «Задумчивый он человек» — так про него говорили; и это, конечно, хорошее было определение, верное и постоянно его запаздывания объясняло. Так было и в этот раз. Я уже перестал его ждать. Нужный Никите Петровичу человек, с которым необходимо было его свести, познакомить, раз пять, загибая манжету, глядел на свои новые часики, приобретенные им во Львове, а в шестой раз не стал и глядеть, удалился.

Осталось нас четверо: я, да жена, да восемнадцатилетняя наша дочка Наташа, да подруга ее, поступившая осенью в школу при театре Вахтангова; у Оленьки — артисточки этой — в нашем кругу было довольно странное прозвище: Оленька Таракан. Для молодой, хорошенькой девушки, не правда ли, довольно-таки неожиданное? А объяснялось оно между тем весьма просто. И не тем, что сама она была черненькая. А вот на левой руке, на запястье, было у нее крупное родимое пятно, очень напоминавшее именно таракана. Вероятно, девчонкой это сильно ее тревожило, но теперь к отметине своей она не только привыкла и на прозвище ничуть не обижалась, но, может быть, даже понимала, как причудливо и интересно пятнышко это — вроде браслета — выделяет ее между подругами. Впрочем, сегодня рукава были длинны и «браслета» не видно.

Девочки живо болтали, вовлекая и нас в круг своих интересов. Оленьке задано найти и разучить какую-нибудь сцену; сцена должна быть лирическая. Как будто бы просто. Однако ж мы называли и то и другое, но она решительно все отвергала: то не та линия, то не в том разрезе. Жена моя несколько даже на нее рассердилась — не за ее разборчивость в выборе, а вот за эти самые «линии» и «разрезы»  (Материал представлен сайтом: www.nastyha.ru - <a href="http://nastyha.ru">Культура и искусство</a>).

— Разве не слышишь ты, Оля, как грубо некстати, как протокольны эти слова? Какая уж тут лирика!

Девушка с удивлением на нее поглядела и заговорила опять о своем. Но вскоре же себя прервала, как-то взмахнула руками, развела и свела их, и уже с другим удивлением — на самое себя — призналась, что правда.

— А правда, как же это нехорошо! Как я сама не почувствовала... Значит, беда, значит, во мне лирики нет, значит, и сцену не надо искать, значит, я не актриса!

Тут мы все уже рассмеялись, а Наташа сказала:

— Нет, ты актриса. Только, видишь, комическая!

Среди такой болтовни и раздался наконец-то дробный, характерный стук в оконную раму. Еще в передней пожурил я Никиту Петровича за опоздание.

— Ты знаешь,— я говорил,— NN, человек важный и деловой, ждал, ждал тебя и не дождался. И ты знаешь, что особого удовольствия принимать его у себя я не испытываю. Для тебя и позвал, а ты не пришел. Вот теперь и сиди со своим переводом.
— Ну что же, и посижу,— кротко промолвил Никита Петрович.— Я к тебе было вовремя вышел, да на бульваре, знаешь, присел у пруда. Деревья и почки набухли, вода наполовину еще под льдом, и подумай — ручей! В городе, да... настоящий ручей!

Я махнул рукою: неисправим! И, однако же, ну хорошо, задумчивость пусть объясняет его запоздание, а самую задумчивость эту чем объяснить?

Вернуться к содержанию
| Рассказ о прохожем - Лиризм - Зачем я иду - Сердце приоткрылось - Нагнал свое прошлое


Комментарии пользователей



Добавить комментарий | Последний комментарий

Читайте так же:


20.08.2009, 11:28. Иван Новиков.